Если ты ходишь по грязной дороге, ты не сможешь не выпачкать ног (с) И. Кормильцев

1 2 3 4 5 6 7

13 сентября 2012 года оcнователю «Совершенно секретно» Артёму Боровику исполнилось бы всего 52 года

Когда я вспоминаю два с лишним года, проведённых рядом с Артёмом, то никак не могу поверить, что всё это было на самом деле. Он был нестандартным человеком во всём, а в творчестве – особенно. Даже знакомство наше было необычным. Летом 1994 года я получил через одну свою знакомую пригласительный билет на празднование пятилетнего юбилея газеты «Совершенно секретно» в «Президент-отеле». Передавая мне конверт с приглашением, она многозначительно сообщила: «Боровик хочет с тобой поговорить». Никакие дальнейшие расспросы не приветствовались.

Надо сказать, мы с Артёмом до этого не были знакомы и ни разу не виделись, хотя, конечно, друг о друге слышали, я – больше, он, скорее всего, меньше, поскольку работал я в журналистике всего четыре года и скромная должность редактора отдела в «Московском комсомольце» не особенно способствовала известности. А Боровик, несмотря на свою молодость, был уже настоящей звездой: вся страна читала его статьи и книги, смотрела «Взгляд» и «Двойной портрет», другие программы с его участием, в том числе и придуманные им самим. Но узнал он меня сразу: «Алексей, привет! Можно на ты? Пойдём, я тебя сейчас со всеми познакомлю». И мы пошли знакомиться: с сотрудниками газеты и генералами, милиционерами и чекистами, бизнесменами и редакторами разных изданий. Кое-кого я знал, с другими общался впервые. Когда мы прошлись с Артёмом по кругу, он сказал: «Никуда, пожалуйста, не уходи, не переговорив со мной». И ушёл к гостям. А в конце вечера мы уселись с ним в мягкие кресла и он предложил мне стать его заместителем, то есть фактически «делать» ежемесячник «Совершенно секретно».

Я никогда не слышал о том, чтобы предложения о трудоустройстве делались в такой обстановке и в такой форме. Вроде бы нужно было поговорить, изучить друг друга, а тут – «будь моим замом и всё»! В этом был весь Артём: при всей его осторожности и внимательности, если он принимал решение, то окончательно и бесповоротно. Я попросил время на размышление, Артём попросил не затягивать. Я за две недели просмотрел все выпуски газеты за пять лет и написал своё видение путей развития издания. Через день Артём позвонил мне: «Когда мы начинаем?»

Напомню читателям, что тогда шли самые что ни на есть «лихие девяностые» и журналистика была профессией довольно опасной. Через месяц после моего перехода в «Совершенно секретно» в кабинете редакции «МК», где я обычно сидел, погиб от взрыва мины-ловушки Дима Холодов. А наша газета писала, да и сейчас пишет о таких вещах, которые могут побеспокоить кого угодно. Артём говорил мне: «Знаешь, «Совершенно секретно» – это компактная, но очень информированная и достаточно влиятельная спецслужба. У нас нет пистолетов и ядов, плащей и кинжалов, но многие боятся нас больше, чем некоторых силовиков. И уважают, между прочим…»
Журналистика в исполнении Артёма Боровика была чем-то феерическим. У него всегда было множество оригинальных идей, и иногда я даже не совсем понимал, зачем ему нужны сотрудники. Думаю, он запросто мог бы придумать, написать, отредактировать и подготовить к печати любой номер «Совершенно секретно» целиком. Но он хотел разнообразия, хотел получить что-то новое от коллег-журналистов, хотел сделать так, чтобы конечный продукт нашего творчества – газету читали и любили миллионы людей. Да так, собственно, и было, наш тираж в те времена был под полтора миллиона экземпляров…

А какие темы мы поднимали, скольким другим газетам дали пищу для размышления и развития! Я до сих пор помню названия наших материалов, которыми буквально зачитывались все: от президента и министров до бабушек-пенсионерок, от бизнесменов до бандитов (впрочем, в те времена разница между ними была гораздо меньше, чем сейчас). Нас читали депутаты и академики, школьники и рабочие, домохозяйки и студенты… Артём прекрасно чувствовал, какой материал может взволновать, расшевелить читателей, заставить их думать. И форма для этого не имела особого значения. Вспоминаю о том, как он придумал гениальную мистификацию: попробовать сделать крайне реалистичный, близкий по форме к официальной аналитической записке КГБ материал о том, «как на самом деле началась перестройка». Мы с ним пришли к выводу, что единственным человеком, который сможет подготовить такую статью, может быть наш автор, известный советский разведчик и замечательный писатель Михаил Петрович Любимов. И он написал мемуар-роман «Операция «Голгофа», идея которого заключалась в том, что Юрий Андропов, который уже тяжело болел, встретился с ним, Любимовым, и проинструктировал его относительно того, как перестроить КПСС и наше общество, используя все силы и средства КГБ.

И дальше пошло-поехало! Любимов цитировал «донесения агентов» и «секретные документы», приводил «стенограммы», рассказывал о том, как они с Андроповым «определили» кандидатуру Горбачёва в качестве будущего президента. Буйная фантазия руководства газеты, помноженная на высокий профессионализм автора, дала результаты. Нас завалили письмами: «А правда ли, что Любимов подсаживал Ельцина на танк?», «А действительно, что именно он финансировал межрегиональную депутатскую группу Верховного Совета?» Генеральный директор Российской телерадиокомпании Олег Попцов в день выхода газеты позвонил Боровику и упавшим голосом спросил: «Артём, неужели мы все были пешками в этой игре?» Галина Старовойтова на депутатском бланке прислала гневное письмо о том, что «никакого Любимова она не знает и денег от него не получала». В общем, резонанс был фантастический. И это ещё раз показало, что Артём чувствовал настроение общества и его способность поверить во всё что угодно. Ведь это были девяностые годы…

Для себя я решил тогда, что по собственной воле ни в какую другую газету не уйду – настолько комфортно, интересно и приятно было работать с Артёмом Боровиком. И действительно, я не ушёл в другое издание, а перешёл на государственную службу, где провёл долгих двенадцать лет. А сейчас, вернувшись в «Совершенно секретно», искренне верю в то, что Артём где-то рядом, что он чувствует ритм и пульс нашей газеты, что он знает, что его дело живёт и развивается. И иногда смотрит на нас со своей немного грустной, но такой обаятельной улыбкой…

Алексей Богомолов, "Совершенно секретно"

Следите за нашими обновлениями в социальных сетях: Facebook, Twitter , Google + и LiveJournal.








читайте также

Заслуженный фабрикант судебных экспертиз Украины Александр Рувин

Рувин Александр Григорьевич - отъявленный аферист, профессор мошеннического дела, а ни какой не доктор, тем более не имеющий абсолютно никакого отношения к генеральскому составу правоохранительных органов. Все награды его муляж!

Руководитель аннексированного Крыма Сергей Аксёнов, его родственники и их нажитое имущество в Москве

По семье Аксёнова, который на сегодняшний день является руководителем Крыма после его аннексии, провели разбирательство касательно причины стремительного обогащения. Все разбирательства были опубликованы изданием The Insider.

Страницы

FB twiter LJ rss

Блог

Это что, простите, за бред в интервью Генпрокурора? На складах рынка «7 километр» сто тысяч тонн ткани. Серьезно? Сто тысяч?! Вообще такое количество украинская легкая промышленность использует за год. Спрашивается сразу два вопроса. Первый – нахрена загонять это ненужное громадное количество ткани на один рынок сразу? Второй – как это вообще там поместилось? Юрий Витальевич, вы вот это серьезно или в порядке бреда? Вас грубо подставили те, кто готовил материалы. Увольняйте идиотов, дальше будет только хуже...
Читать больше